Пресс-конференция с участием Александра Миндадзе состоялась в "Центральном"

9 ноября в кинотеатре "Центральный" состоялась пресс-конференция с участием Александра Миндадзе, выдающегося сценариста и режиссёра, автора фильма "Милый Ханс, дорогой Пётр", который был представлен во внеконкурсной программе игрового кино "Российские премьеры". Утром того же дня состоялся пресс-показ фильма, вечером Александр Миндадзе лично представил свой фильм в кинотеатре "Москва" зрителям и гостям кинофестиваля.

Во время пресс-конференции режиссёр рассказывал о съёмках своего фильма, о работе с актёрами, о важности темы и неоднозначности кино. Часа не хватило, чтобы задать все вопросы, но, тем не менее, это была интересная беседа, выдержки из которой мы приводим здесь.

О названии фильма:
Название дает некоторый иронизм. Мне казалось, что такое вот слегка ироническое название становится потом горьким, так как история совсем не ироническая, и два героя транспонируют не одинаково. Безусловно, и сам вектор отъезда и вектор одинаковости при разности – все это было важно, хотя функции разные.



О выборе исторического момента:
Меня это [время] интересовало абсолютно не с точки зрения публицистики. Буквально несколько месяцев назад мы с моим другом Петром (тоже военным) участвовали в совместных маневрах и учениях. Этот немец ехал, зная абсолютно все переулки. Он видел себя на танцах, себя выпивающего, себя с девушкой. Меня эта история очень зацепила. Мне пришлось изучить много документов, это все абсолютнейшая реальность, Потом я ездил по заводам, и вот в Ленинграде пожилой человек вспоминал, как он мальчиком работал при немцах. Это подтверждено огромным количеством документов. Я отталкивался от этого, хотя, конечно, это не прямой документализм.
...

Конечно, в том, чтобы показать этих героев в предвоенное время и есть весь смысл. То есть, смысл в том, что еще свеча не догорела, а он уже здесь, но только в другом образе. В этом и сюжет, что всё происходит незадолго до войны. Сотрудничество началось в 1930-1931 году и была знаменитая танковая немецкая школа в Казани, например. Школа летчиков в Витебске, химическое испытание с немцами в Сараво – это знаменитые вещи. Те расы, что в Липецке учились вместе, - они же потом летали друг против друга.
 

О "двойничестве":
Конечно, к этому по ходу съемок я и стремился. Есть даже прямая сцена, когда они видят себя на идущей параллельно дрезине в этом составе. Мне казалось, что это поднимает нас над жизнью, потому что это обобщение. Какими бы они ни были – русскими или немцами – они все находятся перед катастрофой, о которой мы знаем, а они нет, но они ее чувствуют. И это приближение страшной планеты под названием война на них всех действует. Мы находимся на некотором расстоянии, рассматриваем героев сквозь линзу. Мы знаем, что будет война, а они - нет.



О работе с актёрами:
С самого начала было понятно, что должны сниматься немецкие актеры. В советские времена немцев - исключительно отрицательных - играли прибалтийские актеры с акцентом отрицательных героев. Естественно не было мысли идти по этой дороге. Мы искали немецких актеров. Это был трудный процесс не потому, что немецкие актеры такие недоступные, а потому, что они окружены агентами, и стену вот этих агентов очень трудно пройти. Когда я встретился с этими артистами, они были замечательными людьми и удивительно скромными - а это звезды первой величины. Работа с ними для меня была очень приятной, очень простой, потому что они люди очень образованные, к тому же сценарий написан прозой. Это письмо с ремарками их очень вдохновляло, потому что они никогда так не работают. С ними было очень просто, потому что они понимали, что делают, и их дарование – высшее для актера - это не выпытывать у тебя подробности о жизни героя. Они просто считывают режиссера, им не нужно никаких дополнительных слов.
...
Якобу Дилю
(исполнителю главной роли - прим. ред.) было сложно, да. Это его первая главная роль в кино. С ним было тяжелее, чем с другими, потому что он репетировал, он хотел стать Хансом в процессе своей жизни. С ним не сразу было так просто, как с другими. Он один чувствует приближение войны особенно обостренно. 


Роза Хайруллина на съёмках фильма "Милый Ханс, дорогой Петр"

Знаете, если бы у меня все актеры были, как Розы Хайруллина, я бы всех их лишил слов, потому что кино, в принципе, это зрелище без слов. Она много за собой несет, она персонаж того времени, персонаж потерявший свою дочь, и она обходится без слов. По ней видна и горечь, и то, как она прощает, как растворяется навсегда. Если бы все актеры были такой выразительности, как Роза, то можно было бы жить спокойно. 

О войне: 
Это фильм не о войне - он о предчувствии войны. Мое отношение к войне высказано через потери и самоубийства. В этом смысле, как "время жить и время умирать". Герой уже прожил свою жизнь, когда только началась война, и он садится под бритву. В этом, конечно, моё отношение к этой трагедии.
...
Когда я над этим работал, войны еще не было. Когда я снимал в городе Никополь, и война была в двухстахпятидесяти километрах, я ничего не пытался предугадать. Если это так жутко и трагически откликается, как допустим Фукусима после фильма «В субботу», значит, я был на правильном пути. Безусловно, картина имеет отношение к сегодняшнему дню, как сама жизнь. Даже не в смысле войн, а в смысле той раскаленной сковородки, на которой мы оказались - живем уже несколько лет и будем жить довольно долго. Но я не пытался сказать об этом специально. Если ставишь перед собой публицистическую задачу, то, считай, всё закончится провалом, и ничего у тебя не получится.


О зрителе:
[В советское время] Была командная система, было управление кинофикацией. Если, допустим, Госкино считало, что нужно сделать всесоюзную премьеру, то картина шла во всех кинотеатрах без исключения. Но были и другие случаи. Когда мы закончили фильм «Парад планет», он вышел ограниченный прокат в шесть копий в Москве. Начиная с «Охоты на лис», с Госкино приходилось играть в поддавки, но было гораздо проще, чем сейчас. Берут то, что приносит деньги, на что идут. Это другое время, другое поколение: люди хотят потреблять, отдыхать.
...
Но совершенно не меняет дела, кто это посмотрит. Кто захочет, тот посмотрит. Есть интернет, есть бесконечные клубы. Честно сказать, у меня нет иллюзий по поводу того, что зрителю это надо. Это своего рода такой европейский прокат только с той разницей, что у них есть установленная сеть кинотеатров, когда человек знает, на что идет: допустим, на сложную картину или развлечься - на другую картину. У нас тоже это есть, но это все-таки ещё начало. Люди угадывают, что прокатит в этот раз с большой прибылью. Естественно, они пытаются угадать вкусы зрителей. У нас тоже, но не всегда получается угадать, как жизнь показывает.


О работе:
Если я уверен [в проекте], меня уже не собьёшь. Но для меня самым болезненным является вопрос поиска. Когда я вылез из-под картины, я все равно в плену этой картины, а должен стать другим, каким-то новым и постараться за что-то зацепиться. Сейчас я едва за что-то зацепился, но съедаю себя сомнениями: за то ли я зацепился? Это самое тяжелое в том, что я делаю. Тяжело писать сценарий, тяжело было снимать, трудоемко. Но вот этот момент, когда ты пустой и когда ты ищешь – вот это самое тяжелое.
...
История должна быть мною сочинена, тогда я смогу это сделать. Чужую я начну делать, но провалюсь или не получу никакой радости. Я с молодых студенческих лет пишу, интерпретирую то, что имел в виду. Другому человеку интерпретировать чужое очень трудно. Ты должен сделать это своим либо сам это написать. Ну, и, чаще всего, человек думает, что то, что он пишет, - это содержательно. На самом деле он не имеет права писать, потому что это совершенно несодержательно.


Фото: Екатерина Артименя


похожие новости
Гости фестиваля прошлых лет делятся опытом в новой рубрике I KNOW HOW
Мы рады представить Вам новую рубрику сайта: I KNOW HOW. По случаю проведения первой индустриальной платформы Know how в ...
«Женщина и ледник»: 32 года среди льдов
Режиссер фильма рассказал, как снимал фильм на высоте 3500 метров о литовской ученой, которая живет и работает в горах К ...
«У всех есть шанс»: представители крупнейших кинофестивалей мира призвали белорусских режиссеров отправлять больше заявок

На третий день индустриальную платформу «Лiстапада» посетили Ленка Тырпакова, и Робе ...

Валерий Тодоровский возглавит жюри основного конкурса игрового кино
Евгений Руман (Израиль), Яанно Пылдма (Эстония) и Вера Кавалерова (Беларусь) вошли в состав жюри конкурса фильмов для де ...